Фотографии: Алексей ТихоновО готовящемся убийстве ректор Полярной академии узнала за две недели до самого «убийства»Убийство и воскрешениеПасхальным вечером 21 апреля информагентства сообщили, что в Петербурге убита ректор Государственной полярной академии Кермен Басангова. «Преступник несколько раз ударил ее ножом, в результате чего ректор вскоре скончалась в больнице», — сообщало агентство «Интерфакс». Интернет-издание «Фонтанка.ру», традиционно лучше всех информированное о том, что происходит в петербургской милиции, уточняло: «Убийство было совершено около здания академии. 35-летняя Басангова вышла во внутренний двор и уже подходила к своему автомобилю, когда на нее напал преступник. Знакомые отвезли раненую в больницу, однако врачи не смогли ее спасти». «Фонтанка» также первой сообщила, что убитая была беременна — до родов ей оставалось всего несколько недель.Шокирующая новость, впрочем, никого по-настоящему шокировать не успела — уже на следующий день первый заместитель руководителя управления СКП РФ по Петербургу Александр Клаус объявил журналистам, что их дезинформировали: никакого убийства не было, а то, что видели свидетели, среди которых были и милиционеры, оказалось инсценировкой, устроенной для того, чтобы поймать заказчиков и организаторов несостоявшегося убийства. Имена задержанных назвали сразу — это первый проректор Полярной академии Владимир Лукин, а также начальник инженерно-транспортного отдела академии Владимир Жаворонков и его сын Михаил, работавший личным водителем ректора еще с тех пор, когда Полярной академией руководила Азургет Шаукенбаева. Бывший ректор, в свою очередь, приходится задержанному Лукину женой.Инсценировки убийств — явление в практике российских правоохранителей хоть и не частое, но и не настолько экзотическое. Закон об оперативно-розыскной деятельности позволяет оперативникам устраивать «оперативные эксперименты» — многие до сих пор помнят, как восемь лет назад в Москве был понарошку убит предприниматель по прозвищу Паша-Цветомузыка (федеральные телеканалы демонстрировали даже фиктивный вынос тела: внимательный телезритель мог обратить внимание, что «труп» в машину скорой помощи грузят вперед головой, а не ногами), а в Петербурге весной 2008 года уголовник Дмитрий Евтодий, не выходя из тюрьмы, пытался организовать убийство троих своих родственников — сюжет об автокатастрофе, в которой якобы погибли заказанные муж, жена и грудной ребенок, показали по петербургскому телевидению.Инсценированное убийство Кермен Басанговой оказалось самым резонансным «оперативным экспериментом» в новейшей истории России. Чудесное воскрешение молодой беременной женщины стало прекрасной пасхальной новостью в те дни, когда репортеры и редакторы теленовостей мечтают найти какое-нибудь чудо, способное заставить телезрителей плакать. «Христос воскрес, и я воскресла», — цитировали журналисты Кермен Басангову, и кто мог обвинить их в тиражировании пошлости? «Ну да, может быть, это были не очень удачные слова, — говорит 34-летняя Басангова, — но вы же понимаете, в каком состоянии я их говорила. Это уже потом я задумалась, какой это кошмар — убивать человека на Пасху».
Красный «пежо» Кермен Басанговой стоит на том же месте, что и в день «убийства»
Не для полярников
Кермен Басангова внешне совсем не похожа на руководителя вуза — улыбчивая молодая женщина восточной внешности. Она самый молодой вузовский ректор в Петербурге и самая молодая женщина-ректор в России. Кермен родом из Калмыкии, закончила Волгоградскую академию госслужбы по специальности «Государственное и муниципальное управление», потом переехала в Петербург, защитила кандидатскую диссертацию по экономике. С 2002 года работает в Государственной полярной академии — была старшим преподавателем кафедры менеджмента и права, документоведом на факультете экономики и управления, потом — заместителем декана и деканом этого факультета. Для ректора вуза, готовящего будущих Папаниных и Кренкелей, — достаточно странная биография, но в том-то и дело, что никаких полярников академия в действительности и не должна готовить.Хотя началось все именно с полярных исследований. В 1990 году известный французский полярник директор Центра Арктических исследований Франции профессор Жан Малори организовал первую в истории советско-французскую арктическую экспедицию — «Чукотка-90». Одним из организаторов этой акции с советской стороны был Институт социально-экономических проблем Госплана СССР, который в экспедиции представляла научная сотрудница института Азургет Шаукенбаева. Именно она предложила профессору Малори, на которого в чукотском путешествии самое сильное впечатление произвели условия жизни народов Крайнего Севера, создать в Ленинграде советско-французский вуз для подготовки национальных кадров из числа коренных жителей приполярных регионов. В 1992 году такой вуз — собственно Полярная академия — был создан. Профессор Малори стал почетным президентом академии, а ректором стала Азургет Шаукенбаева, которой было тогда 54 года.Ее организаторские способности впечатляют. Шаукенбаева сумела добиться, чтобы Полярной академии отдали здание на улице Воронежской и еще три здания в центре города, в том числе два общежития. В Полярную академию трижды приезжал президент Франции Жак Ширак. В 1999 году частная академия получила статус государственной — теперь она входит в состав Федерального агентства по образованию. Муж Азургет Шаукенбаевой Владимир Лукин стал первым проректором академии. В 1990-е годы в России возникло много вузов, предлагавших «дипломы государственного образца» в обмен на деньги родителей студентов, но Полярная академия была уникальна и в этом: со студентов плату за обучение здесь не брали и не берут, все оплачивают муниципальные и государственные структуры тех регионов, власти которых хотят иметь среди своих будущих сотрудников выпускников петербургского вуза. О спросе на такие дипломы свидетельствует и то, что очень быстро Полярная академия перестала специализироваться на обучении только северной молодежи — сегодня в вузе учатся студенты из 62 регионов России, в том числе из южных республик.
До конца следствия Кермен не может пользоваться своим автомобилем — его двери и багажник опечатаныПровал операции «Преемник»Основательница академии Азургет Шаукенбаева, конечно, и не отходила бы от дел, если бы законодательство не устанавливало предельный возраст для ректоров вузов — 70 лет. Азургет Шаукенбаевой семьдесят исполнилось в прошлом году. Преемника она выбрала себе сама: в декабре прошлого года ученый совет академии по рекомендации Азургет Шаукенбаевой избрал ректором Кермен Басангову, которая, в свою очередь, своим первым распоряжением создала в академии Аналитический центр инноваций, качества и внешних связей с Азургет Шаукенбаевой во главе. Основательница академии даже осталась в своем прежнем кабинете, а новому ректору оборудовали приемную в бывшем помещении бухгалтерии.— Азургет Тарбаевна рекомендовала меня и поддержала, — говорит Кермен Басангова, — и я не собиралась как-то копать под нее. Но ректор — я, и я осознавала всю меру ответственности, которая на меня легла. Чтобы руководить вузом, надо знать, чем именно ты руководишь. И я начала проверки по учебной, научной и хозяйственной работе, чтобы понимать, как расходуются деньги.Кермен Басангова рассказывает, что начать проверки она решила после того, как ее помощник принес ей докладную записку на пяти листах о состоянии общежития №1: состояние характеризовалось как плачевное, а в апреле общежитие должна была посетить комиссия из Министерства образования.— Тогда я стала просматривать договоры по оказанию услуг, которые академия заключила за последние три года, — рассказывает ректор. — Три года, потому что по таким договорам срок предъявления претензий составляет 36 месяцев. В какой-то момент поняла, что практически в каждом договоре есть якобы выполненные работы, по которым академия исправно подписывала акты приемки. Каждый месяц мы непонятно кому платили 100—500 тысяч рублей за ремонт или еще за что-то, что не было сделано.От имени академии эти договоры подписывал Владимир Лукин, возглавлявший тендерную комиссию академии и отвечавший в академии за административно-хозяйственную часть. Лукин вслед за женой тоже собирался на пенсию: срок его трудового договора истекал в июле, и, в принципе, решение Кермен Басанговой о перераспределении обязанностей и назначении нового проректора по административно-хозяйственной части при сохранении за Лукиным остальных его обязанностей можно было считать первым шагом к мирному уходу Лукина на пенсию (после сложения проректорских полномочий он собирался преподавать в академии), а вовсе не первым шагом к конфликту.Интересные новости— А 13 апреля мне позвонили из ГУВД и сказали, что у них есть ко мне очень важный разговор, о котором не должна знать ни одна живая душа, — вспоминает Кермен Басангова. — Мне назначили встречу в условном месте — не в академии и не в ГУВД, — и на этой встрече я узнала для себя интересные новости.За две недели до Кермен эти же новости узнали и сами оперативники — некий уголовник, в начале этого года освободившийся из тюрьмы (имя этого человека не разглашается; Кермен Басангова говорит о нем только: «Хороший человек, дай бог ему здоровья»), связался со знакомыми из уголовного розыска и сообщил, что его попросили убить Кермен, дали 140 тысяч рублей аванса и пообещали еще 360 после исполнения заказа. С исполнителем договаривался 21-летний водитель Михаил Жаворонков, которого об этом попросил его отец.— Что Миша организовывал убийство — это меня потрясло, — говорит Басангова. — Он меня возил четыре месяца, отношения у нас были доверительные, он учится заочно на философском факультете в Институте Герцена, рассказывал мне о каких-то своих проблемах, мы очень хорошо общались. Да и со старшим Жаворонковым отношения у меня были вполне дружеские.Обо всем этом, впрочем, Кермен задумалась уже потом — тогда, говорит она, времени думать о чем-то, кроме предотвращения убийства, у нее не было. Оперативники предложили инсценировать убийство, чтобы взять заказчика с поличным.— Других вариантов не было, а то бы заказ просто ушел к другому, и меня бы просто другой убийца убил, — говорит ректор.О том, что готовится инсценировка убийства, знали не более двух десятков человек. Дежурный по РОВД Фрунзенского района Петербурга говорит, что патрульные, выезжавшие на место происшествия, были уверены, что произошло именно убийство: они видели залитый кровью труп и людей в белых халатах, увозивших убитую на скорой помощи в больницу. Среди немногих, кто знал об инсценировке, — начмед городской больницы №26 (более известной как больница Костюшко) Герман Сокуренко.
Больничная проходная не охраняется, и злоумышленники могли беспрепятственно пройти, чтобы своими глазами увидеть убитую КерменЖенщина в моргеНельзя сказать, что у больницы Костюшко какие-то особые отношения с петербургскими правоохранителями. Просто у доктора Сокуренко в уголовном розыске работает родственник, который и попросил начмеда об услуге. Скорая помощь (машину нашли где-то в другом месте, не в 26-й больнице) до улицы Костюшко так и не доехала: люди в белых халатах, двое из которых были оперативниками, а третий — отцом будущего ребенка Кермен Басанговой (Кермен разведена, сыновей Чингиза и Даниила семнадцати и семи лет воспитывает одна), увезли ректора на конспиративную квартиру, где прятали до задержания подозреваемых. На телефоне в приемном отделении сидел еще один оперативник, который ждал, что преступники захотят проверить, действительно ли Кермен убита.— Только не думайте, что он отвечал на все звонки, — просит Герман Сокуренко. — Рядом с ним и настоящий диспетчер сидел.По словам начмеда, об акции в больнице знали пятеро — он сам, главврач, заведующий приемным покоем, дежурный врач и диспетчер. Шестым участником мероприятия (это Кермен Басангова так называет — «мероприятие») был труп черноволосой женщины восточной наружности, которая по совпадению накануне покончила с собой, перерезав себе горло, и теперь лежала в морге 26-й больницы — если бы кто-то из организаторов убийства захотел бы посмотреть на труп Кермен, ему бы показали эту самоубийцу.— Но нам никто даже не позвонил, — говорит доктор Сокуренко.Ненастоящее убийство произошло во дворе академии на улице Воронежской — в двадцати метрах от этого места, между прочим, находится бар с символичным названием «Черная метка». Вечером, когда в академии уже закончился рабочий день и все, включая водителя Михаила Жаворонкова, разошлись по домам, Кермен вышла из здания и пошла к автостоянке во дворе. Когда Кермен садилась в свой красный «Пежо-206», на нее бросился киллер с ножом — тот самый уголовник, с которого все и началось. Нанес семь ударов в область шеи. Брызнула кровь, женщина упала на сиденье машины. Убийца зачем-то еще раз окунул лезвие ножа в красную жидкость (на самом деле это была не кровь, на шее женщины была надета хомутообразная емкость с краской) и ушел с места происшествия. Милицию и скорую вызвали оперативники, которые сидели в укрытии во дворе академии. Через несколько минут приехали скорая помощь и милиция. Через два часа новость об убийстве была на лентах агентств.— Свою маму с разрешения милиции я предупредила, но она все равно плакала, когда по телевизору сказали, что я умерла, — говорит Кермен.
Начмед больницы №26 Герман Сокуренко подстраховывал оперативников в приемном покое и в моргеЖенщина, которая боитсяОтца и сына Жаворонковых задержали утром при передаче денег киллеру. Владимир Жаворонков заявил на первом допросе, что его попросил убить Кермен Басангову Владимир Лукин, — Лукина вызвали в академию под предлогом проводящегося там опроса и задержали чуть позже. Всех троих обвиняют по двум статьям: по части 2 пункту «г» статьи 105 УК РФ (убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности) и статье 30 УК РФ (приготовление и покушение на преступление). Владимир Лукин признался в том, что заказчик — он, но уточнил, что его жена была не в курсе его дел.— Мне не хочется верить, что Азургет Тарбаевна как-то к этому причастна. Она меня поддерживала, она академию с нуля создала. Может быть, он ее обманывал? — рассуждает Кермен. — И главное, я не могу найти объяснения, почему все это случилось. Это похоже на какое-то психическое расстройство, потому что моя смерть никому бы ничего не дала. Проверки уже шли, и комиссия все равно приехала бы. Ректором вместо меня ни он, ни она стать бы не могли. Что еще? Я не знаю.Азургет Шаукенбаева с момента ареста мужа в академии не была ни разу: когда ей позвонили и сказали, что Владимиру Лукину предъявлено обвинение, у Азургет Тарбаевны случился гипертонический криз, и ее положили в больницу — сама она говорит, что «такой адской боли не испытывала никогда в жизни». Азургет Шаукенбаева до сих пор на больничном, но чувствует себя уже лучше — мы встречались в пиццерии на Лиговском проспекте. Невысокая худая брюнетка Шаукенбаева выглядит моложе своих семидесяти — возможно, все дело в темных очках, которые она не снимает, объясняя это тем, что боится за свою жизнь (по этой же причине она отказалась фотографироваться).— Я боюсь, — говорит Азургет Шаукенбаева. — Когда я возвращалась из больницы домой и шла через двор к своей парадной, весь двор был полон скинхедов, притом что раньше в нашем дворе их не было никогда. Почему они пришли? Зачем?Шекспировская трагедияОбилие титулов иногда играет дурную службу. Азургет Шаукенбаева — действительный член Русского географического общества, почетный член географического общества Франции, член арктической комиссии ЮНЕСКО, офицер ордена Почетного легиона Франции (за неоценимый вклад в дело культурного сотрудничества между Францией и Россией), почетный работник высшего профессионального образования РФ, заслуженный работник науки Республики Тыва, почетный профессор Евразийского университета имени Льва Гумилева в Казахстане — для выпускницы московского Института иностранных языков имени Мориса Тореза, в советские годы работавшей переводчицей, а в постсоветские возглавившей один из множества странных новых вузов, такая избыточная титулованность — явный перебор. Среди титулов Азургет Шаукенбаевой, впрочем, уже нет должности руководителя Аналитического центра полярной академии: Кермен Басангова упразднила этот центр сразу же после ареста Лукина и Жаворонковых, а в бывшем ректорском кабинете, который до сих пор занимала Азургет Шаукенбаева, теперь ремонт, и трудно не согласиться с Азургет Тарбаевной, которая говорит, что это неприлично — устраивать ремонт в кабинете, из которого она даже не забрала свои личные вещи. Кермен Басангова, которую четыре месяца назад Азургет Шаукенбаева назначила своим преемником, теперь для нее враг номер один.— Я ее считаю не только предателем — она оборотень, — говорит Азургет Шаукенбаева. — Молодая особа, которую я пять лет подготавливала в ректоры. Я ей все отдала. Она мне говорила, что не посмеет без меня ни одной бумаги подписать — и все, все опрокинула. Это шекспировская трагедия — когда ученик вот так продает своего учителя.Один из эпизодов шекспировской трагедии, может быть, не так заметен на остальном фоне, но по-своему жуток. Мать одного и жена второго подозреваемого, Ирина Жаворонкова, работает комендантом общежития академии. Сразу после ареста сына и мужа она написала заявление об увольнении по собственному желанию, но Трудовой кодекс обязывает ее отработать после заявления две недели. Две недели Ирина Жаворонкова будет видеть студентов и сотрудников, каждый из которых знает, в чем обвиняют Владимира и Михаила. Может быть, среди всех участников этой истории ей тяжелее всех.С журналистами она общаться отказывается.
Жена одного и мать второго подозреваемого должна проработать комендантом общежития академии еще две неделиАнтирекламаПричастность своего мужа к покушению на Кермен Азургет Шаукенбаева отрицает — как, впрочем, и сам факт покушения.— За этим спектаклем стоит ее, как это сейчас называется, бойфренд, отставной милиционер с хорошими связями в органах, — говорит Азургет Шаукенбаева. — Он в Полярной академии учится на заочном отделении, и я только недавно узнала, как эта особа во время сессии сама обходит с его зачеткой преподавателей. Когда он узнал, что она станет ректором, он все и придумал — чтобы взять под контроль академию, ее недвижимость, деньги. Пока в академии есть Владимир Иванович (Лукин. — Прим. ред.), это невозможно, поэтому первая цель — избавиться от Владимира Ивановича. Все остальное — про миллионы, которые он якобы украл, про какие-то злоупотребления — это все неправда. Все грязная ложь.О своей личной жизни Кермен Басангова говорить отказывается, но мне все-таки удалось выяснить, что человек, о котором говорит Азургет Шаукенбаева, — 36-летний хороший семьянин с женой и детьми, действительно отставной офицер, но не милицейский, а военный, — закончил военно-строительное училище в той же Волгоградской области, где училась Кермен. В инсценировке убийства он участвовал, а имеет ли какие-то основания под собой то, в чем обвиняет его Азургет Шаукенбаева, мы сможем узнать, только если он когда-нибудь займет место Владимира Лукина в Полярной академии.Азургет Шаукенбаева вспоминает о первых годах существования вуза, говорит (кажется, с оттенком ревности): «Если когда-то и могло произойти убийство, то только в девяностые, и убить могли меня», имея в виду борьбу за недвижимость, ныне принадлежащую академии. Рассказывает, как ходила за деньгами для своего вуза к академику Дмитрию Лихачеву, возглавлявшему в начале девяностых Российский фонд культуры, и о том, как приносила в академию собственную мебель и одежду для студентов — в том, что Полярная академия была и остается для Азургет Шаукенбаевой смыслом всей жизни, сомневаться трудно. Кажется, она еще не понимает масштабов постигшей ее катастрофы — слишком много сил и лет потратила на создание этой академии, и на этом фоне забывает даже об арестованном муже. Академия важнее.— Я должна туда вернуться. Представьте, вы 16 лет пестовали академию, вкладывали в нее душу, и тут приходит милицейская команда, у которой все схвачено, — и все. Мы собирались праздновать десятилетие государственного статуса, позвали гостей, а теперь я не знаю, как вообще можно устроить праздник. Владимир Иванович в тюрьме, заправляет всем эта особа. Какой юбилей? Мне звонят люди из регионов: Азургет Тарбаевна, мы боимся вам отдавать своих детей. И правильно боятся. Кто после всего, что случилось, возьмет наших выпускников на работу? Никто не возьмет.Это, наверное, единственный вопрос, в котором точки зрения Азургет Шаукенбаевой и Кермен Басанговой совпадают полностью. Когда я сказал Кермен, что инсценировка ее убийства стала для академии рекламой, она ответила: «Я такой рекламы никому не пожелаю».Что скандал с попыткой убийства ректора Полярной академии на имидже вуза скажется негативно — очевидно. Но может быть, это и есть такой же позитивный, как и воскрешение Кермен Басанговой, исход всей истории: испугавшись дурной славы Полярной академии, новые поколения абитуриентов пойдут учиться в какие-нибудь другие вузы. Менее полярные.
